Как конфликт из-за земли в глухой испанской деревне привёл к трагедии

Мартин Верфондерн (голландец немецкого происхождения) и его жена Марго Пул были полны решимости начать новую жизнь.

Они уволились с офисной работы, продали дом и отправились в автодоме по Европе в поисках нетронутой природы и экологичного убежища для путешественников — своего рода «Ноева ковчега». В мае 1997 года они добрались до северо-западной испанской провинции Оренсе и наткнулись на заброшенную деревушку Сантоалья. Почти все постройки лежали в руинах, кроме одного дома — он принадлежал семье Родригес.

Там жили Мануэль О Гафас, его жена Ховита и их двое сыновей: Хулио (живший в соседнем Петине, но регулярно помогавший по хозяйству) и младший, Хуан Карлос.

                                Мануэль, Ховита и Хуан Карлос

                                             Хулио

У Хуан Карлоса была умственная отсталость — мозг двенадцатилетнего ребёнка в теле взрослого мужчины (считалось, что это последствия падения с лошади в детстве), при этом он постоянно расхаживал с охотничьим ружьём. Первые четыре года голландцы и испанцы жили дружно, чему есть даже кадры местного телевидения. Марго вспоминала это время как счастливое. Однако уже тогда Хулио с иронией заметил: «Я рад, что они здесь — пока оставляют меня в покое».

Проблемы начались, когда Мартин попытался сделать небольшие улучшения: установить водозабор, расчистить завалы на улицах. Соседи выступили против. Конфликт разгорался: Верфондерн начал снимать стычки на видео, особенно с Хуаном Карлосом, который часто появлялся с ружьём и однажды сказал: «Я иду за тобой — ты достаточно толстый, чтобы я смог тебя убить». В другом ролике Родригесы травили его посевы гербицидом. Мартин называл их действия «сельским терроризмом», и не раз обращался в суд и Гражданскую гвардию, выкладывал видео в интернет, где даже прямо сказал: «Если меня убьют, это будет Хуан Карлос». Конфликт усугубился, когда выяснилось, что общинные горы приносят доход от рубки леса (около 72 000 евро) и планируется установка ветропарка с 25 ветряками, которые сулили по 6000 евро каждому. Голландцы, как официальные жители деревни, требовали свою долю — и суд в декабре 2009 года признал их правоту. Для Родригесов же они оставались «туристами», и эта победа стала для Мартина пирровой.

К тому моменту Верфондерн установил камеры вокруг дома, всегда ходил с видеокамерой, фиксируя каждую стычку. Он также конфликтовал с местным мэром-социалистом из-за отсутствия услуг и угрожал жаловаться вплоть до короля и ЕС. Жена Марго, по словам журналистов, была отправлена Мартином в Германию ухаживать за больным родственником — возможно, именно из-за крайней опасности ситуации.

19 января 2010 года, холодным днём, пока Марго была за границей, Мартин исчез вместе со своим огромным внедорожником Chevrolet Blazer. Поиски Гражданской гвардии длились три месяца и не дали результатов. Мать Родригесов, Ховита, заявляла журналистам, что это, вероятно, «наркоторговцы». В прессе историю подхватили не только в Галисии, но и в Голландии (известный расследователь Питер де Врис), а также в США — корреспондент New York Times и продюсер NBC с коллегой приезжали в деревню, позже сняв документальный фильм «Сантоалья». К тому времени в Сантоалье осталась только Марго, которая отказывалась уезжать.

Лишь в июне 2014 года, почти через четыре с половиной года, случайность всё решила. Пожарный вертолёт заметил блеск в лесу Ас Тоусас да Азоурейра (в 18 км от Сантоальи, на территории соседнего муниципалитета А Вейга, где обычно никто не бывает кроме волков и кабанов). Там нашли обгоревший остов Chevrolet Blazer и человеческие останки — в основном череп, остальное сделали животные. Расследование ожило. Двое гражданских гвардейцев разговорили Хуана Карлоса об оружии, и тот проговорился: «Я не промахиваюсь из автомата», «Голландец приехал на машине как безумный. Я схватил ружьё. Бум, бум! Я спрятался. И пусть ищут». Прокурор восстановил картину: Хуан Карлос поджидал Мартина на дороге и застрелил его в машине. Вскоре подъехал старший брат Хулио, который, даже не проверив, жив ли тот, быстро угнал джип в лес, где поджёг его, используя сухие ветки, несмотря на снег.

Судебный процесс прошёл в июле 2016 года. К тому моменту родители Мануэль и Ховита умерли, Хуан Карлос находился в тюрьме, а Хулио был отстранён от деревни. Прокурор снизил обвинение Хуану Карлосу с убийства первой степени до второй: хотя он отличал добро от зла, его умственная отсталость (инвалидность 65%, коэффициент интеллекта на один пункт ниже пограничного) делала его неспособным к предумышленности. Адвокат защиты настаивала на «столкновении культур», а не денег, но местные жители и друзья Верфондернов утверждали обратное: Родригесы просто не хотели делить доходы от земли, они «затуманили голову» Хуану Карлосу ненавистью. Присяжные, испытывая моральную дилемму, рекомендовали помилование, но суд приговорил Хуана Карлоса к 10 годам и 6 месяцам тюрьмы с компенсацией вдове 50 000 евро. Хулио признался лишь в сокрытии тела, но поскольку укрывательство родственника в Испании не является уголовным преступлением, он избежал наказания (хотя ему запретили приближаться к деревне).

Сейчас Марго Пул по-прежнему живёт в Сантоалье. Её домашние животные пасутся вместе со скотом Хулио Родригеса на тех самых горах, которые стали причиной ссоры, и, по словам Сильвии, они поддерживают «обоюдно уважительные отношения». Марго благодарна Мартину за то, что он привёз её сюда, называет Сантоалью своим домом и говорит, что никогда не уедет.

Трагедия вскрыла более широкую проблему глухих испанских деревень. Психолог Искалли Фернандес рассказала, как её выживали из соседней деревни за попытку открыть центр терапии с животными: ломали заборы, угрожали по ночам, убили лошадь, подложив колючую проволоку, разгромили дом. По её словам, «у них извращённая ментальность — они готовы убивать за каждый сантиметр земли, даже бесплодной, лишь бы никто другой не извлекал из неё выгоду». Адвокат по делам экспатов советует «становиться своими»: уважать обычаи и работать вместе с местными. Но в случае с Сантоальей примирение наступило слишком поздно — и ценой жизни.

Эта трагическая история, развернувшаяся в заброшенной галисийской деревушке Сантоалья, не канула в лету. Она нашла своё отражение в искусстве. В 2016 году вышел документальный фильм «Сантоалья» (Santoalla) американских режиссёров Эндрю Беккера и Дэниела Мерера, а спустя годы реальные события легли в основу художественного триллера.

В 2022 году режиссёр Родриго Сорогойен и сценаристка Исабель Пенья представили фильм «Хищники» (в международном прокате — «The Beasts»), который был вдохновлён этой историей. Прочитав новость о деле Мартина Верфондерна, создатели сразу поняли, что нашли материал для своего фильма. История о противостоянии приезжих и местных, о конфликте из-за земли и нежелании искать компромисс идеально ложилась в канву напряжённого триллера.

Сорогойен и Пенья перенесли действие в ту же Галисию, но изменили национальность главных героев — голландская пара стала французской, а также добавили новые сюжетные линии, связанные с ветряными электростанциями и внутрисемейными драмами. Однако суть осталась прежней: фильм показывает, как непонимание, ксенофобия и борьба за ресурсы могут привести к необратимой трагедии.

Картина, снятая в стилистике вестерна, была тепло принята критиками и зрителями, получила множество наград, включая девять премий «Гойя» и французский «Сезар» как лучший иностранный фильм. «Хищники» — это не просто экранизация, а мрачное напоминание о том, что конфликты, подобные тому, что произошли в Сантоалье, могут случиться в любом, даже самом идиллическом на первый взгляд уголке мира.